1В королевстве, где каждое утро звучала музыка и с каждой башни развевались флаги, жил Император, который любил наряды больше всего на свете. У него были бархатные мантии двенадцати цветов, семь пар расшитых туфель и маленькая золотая шапочка, которую он носил чуть набекрень. Каждый час он заходил в гардеробную, чтобы полюбоваться на себя в высоком зеркале.
2Однажды осенним утром у дворцовых ворот появились двое незнакомцев. «Ваше Величество,» — сказали они, низко кланяясь, — «мы лучшие ткачи в мире. Мы умеем ткать ткань столь удивительную, столь волшебную, что она становится совершенно невидимой для всякого глупца и для тех, кто не достоин своего места». Глаза Императора загорелись. «Представьте себе кафтан из такой ткани!» — подумал он. — «Сразу станет ясно, кто при моём дворе умён, а кто нет!» Он захлопал в ладоши и велел немедленно приступать к работе.
3Прошло несколько дней. Император послал своего самого доверенного министра проверить, как идут дела. Старый министр внимательно вгляделся в ткацкий станок. Он ничего не увидел — совсем ничего — только голые деревянные рамы и пустой воздух. Сердце его тревожно забилось. «Неужели я глупец?» — испугался он. — «Неужели я недостоин своей должности?» Он не осмелился сказать ни слова правды.
4«О, это великолепно!» — доложил он Императору. — «Какие цвета! Какой узор! Изумительно!» Император послал другого советника, затем ещё одного. Каждый не видел ничего. Каждый не сказал ни слова правды и возвращался с докладом о том, что ткань — самая восхитительная вещь, которую ему когда-либо доводилось видеть.
5Ткачи делали вид, что режут и шьют, орудуя ножницами, которые резали лишь воздух. В утро парада они торжественно подняли пустые руки.
6«Костюм Вашего Величества готов!» Они «одели» его поверх обычной кремовой рубашки и кремовых шаровар, и он встал перед зеркалом, важно кивая. Все придворные в зале захлопали и наперебой воскликнули: «Какой покрой! Какой цвет! Чудесно! Ничто никогда так не шло Вашему Величеству!»
7И тут откуда-то у фонтана раздался маленький звонкий голосок. «Да он же совсем голый!» У самого края толпы стоял ребёнок лет семи — веснушчатое личико, широко раскрытые карие глаза смотрели спокойно, горчичное пальто застёгнуто на все пуговицы от холода. В голосе не было ни капли злобы — только простая честность, с которой ребёнок замечает, что небо синее или что дождь мокрый.
8Всё вокруг затихло. Потом кто-то в толпе прошептал: «Ребёнок прав». Затем ещё один голос: «И правда совсем голый». И медленно, как камень, брошенный в тихую воду, правда пошла кругами по всем, кто там стоял, пока вся толпа не заговорила вполголоса одно и то же тихое, честное слово.
9Последним он взглянул на ребёнка у фонтана, который просто смотрел в ответ.
10Император расправил плечи, поднял подбородок и пошёл — медленно, с большим достоинством — весь путь обратно во дворец.
